Губерниев раскритиковал позицию Овечкина по новому тренеру КХЛ: «Что мы, помойка какая‑то? Я бы такого человека на работу не взял»
Известный комментатор и телеведущий Дмитрий Губерниев, ныне работающий советником министра спорта России Михаила Дегтярева, жестко высказался о назначении нового главного тренера клуба КХЛ «Шанхай Дрэгонс» и о роли Александра Овечкина в этом решении.
В субботу, 17 января, пост главного тренера «Шанхая» занял 41‑летний канадский специалист Митч Лав. До этого он с 2023 года входил в тренерский штаб клуба НХЛ «Вашингтон Кэпиталз», где работал ассистентом главного тренера. Однако его карьера в Северной Америке завершилась скандалом: в сентябре 2025 года Лав был отстранен от работы, а спустя месяц уволен по итогам внутреннего расследования, связанного с обвинениями в домашнем насилии.
По информации из хоккейных кругов, перед утверждением кандидатуры Лава руководство «Шанхай Дрэгонс» консультировалось с нападающим «Вашингтона» Александром Овечкиным. Российский форвард якобы высказался однозначно: если существует возможность пригласить такого тренера, упускать ее не стоит. Именно эта поддержка со стороны звезды НХЛ стала одним из ключевых факторов, подтолкнувших клуб к подписанию контракта.
На фоне этих событий у Дмитрия Губерниева поинтересовались, насколько серьезно назначение специалиста с подобной репутацией может ударить по имиджу КХЛ. Ответ телеведущего оказался предельно резким и однозначным.
«С этим вопросом надо обращаться к владельцам команды, — подчеркнул Губерниев. — Лично я такого человека, разумеется, не пригласил бы. Что мы, помойка, что ли, какая‑то? Каждый раз, когда к нам заходят странные персонажи с проблемами с законом, это выглядит, мягко говоря, сомнительно. С учетом его прошлого вся история кажется очень странной. Я бы такого человека на работу не позвал. Но в данной ситуации весь риск берет на себя клуб и его руководство. Видят они это так — их право. Своя рука — владыка».
Фраза Губерниева о «помойке» фактически стала оценкой не только самого назначения, но и общего подхода к формированию кадровой политики в лиге. По его мнению, любая лига, претендующая на серьезный статус, должна куда осторожнее относиться к фигурам, чья репутация запятнана обвинениями подобного рода, даже если юридические последствия для человека минимальны или отсутствуют.
Особое раздражение Губерниева вызвало то, что в истории с Лавом прозвучало имя Овечкина. Александр — один из самых известных российских хоккеистов XXI века, лицо отечественного хоккея за рубежом, и его одобрение в глазах многих выглядит как своеобразная «индульгенция» для тренера с проблемным бэкграундом. Для части болельщиков это может восприниматься как сигнал: звезды готовы закрывать глаза на этические вопросы ради результата.
С точки зрения имиджа КХЛ ситуация выглядит неоднозначно. С одной стороны, Лига стремится привлекать иностранных специалистов, показывая, что способна конкурировать за тренерские кадры с ведущими чемпионатами мира. С другой — история с Лавом автоматически вызывает дискуссию: где проходит граница, за которой спортивные заслуги уже не могут компенсировать репутационные риски?
В подобного рода кейсах неизбежно встает вопрос: должен ли спортивный мир руководствоваться только юридическими формулировками — «обвинения не доказаны», «дело закрыто», «нет приговора» — или морально‑этическая составляющая тоже имеет значение. Губерниев в своей позиции явно делает ставку на второй вариант: по его логике, даже тень сомнений вокруг личности тренера способна нанести урон лиге и клубу, особенно на международной арене.
При этом не стоит забывать и о внутренней аудитории. КХЛ работает не в вакууме: болельщики следят за новостями, обсуждают скандалы, формируют отношение к лиге не только по уровню игры, но и по тому, какие люди в ней работают. Назначение специалиста, недавно уволенного из НХЛ из‑за расследования о домашнем насилии, может быть воспринято частью аудитории как сигнал, что моральные критерии вторичны по сравнению с задачей «поймать выгодного тренера».
На фоне подобных конфликтов разгорается и более широкий спор о роли звездных игроков в принятии кадровых решений. Консультации с лидерами команды — обычная практика в большом спорте, но вопрос, где проходит разумная грань влияния спортсменов на стратегические решения клуба, остается открытым. Мнение Овечкина, судя по всему, сыграло значительную роль, и это уже само по себе вызывает дискуссию: должен ли игрок, пусть даже уровня Александра, фактически «легитимизировать» кандидата с таким прошлым?
Ситуация вокруг Лава также демонстрирует, как тесно сегодня переплетены спорт, репутационные риски и публичная повестка. Домашнее насилие — тема, на которую в мировом спорте все чаще реагируют жестко: клубы и лиги стремятся показывать, что не готовы мириться с подобным даже в случае топовых игроков или тренеров. Любое отступление от этой линии моментально вызывает резкую критику со стороны общественности.
Для КХЛ это решение может обернуться краткосрочной выгодой в виде опытного тренера, знакомого с системой НХЛ, но долгосрочные последствия еще только предстоит оценить. Если Лав сумеет добиться с «Шанхаем» серьезных результатов и при этом не станет фигурантом новых скандалов, часть негативного шлейфа со временем может сгладиться. Однако сам факт, что старт его работы в лиге сопровождается такими обсуждениями, уже говорит о том, что назначение не прошло незамеченным.
Принципиальная позиция Губерниева в этой истории отражает точку зрения тех, кто считает: в современном спорте репутация специалиста важна не меньше, чем его профессиональные навыки. По его логике, КХЛ нужно думать не только о том, какие люди способны приносить результат на льду, но и о том, каких людей лига готова видеть в своих рядах в качестве лиц клубов и чемпионата в целом.
Для Овечкина же эта история может стать еще одним эпизодом, который будут вспоминать при оценке его влияния на решения руководства клубов и отношение к этическим вопросам. Звездный статус дает возможность усиливать нужные тренды, но ровно так же усиливает и резонанс вокруг неоднозначных советов и публично озвученных мнений.
В итоге конфликт оценок, проявившийся в словах Губерниева, выходит далеко за рамки простого несогласия двух представителей хоккейного мира. Это столкновение двух подходов: прагматического — «если тренер сильный, надо брать» — и ценностного — «репутация и моральный облик специалиста не менее важны, чем его профессиональные качества». Именно вокруг этой дилеммы, судя по всему, и будет продолжаться обсуждение назначения Митча Лава в КХЛ.