«Мне дали нейтральный статус, но пришлось завершить карьеру». Яркая гимнастка Диана Чугунихина — о непростом решении, пути в спорте и новой жизни после ковра
— У меня есть старшая сестра, она занималась танцами, и мама поставила мне ультиматум: либо иду по ее пути, либо выбираю гимнастику. Мне очень не хотелось «копировать» сестру, поэтому я сразу сказала: гимнастика. Начинала я в самом обычном зале в Ростове: условия для детей хорошие, но для профессионального уровня — далеко не идеальные. Потолки низкие, помоста нет, пространство ограниченное. Сейчас ситуация в городе сильно изменилась: открылись специализированные залы, появилось училище олимпийского резерва, есть полноценный помост, инвентарь, зал для ОФП. Я вижу, как постепенно в Ростове создаются условия, благодаря которым у маленьких девочек появляется реальный шанс выйти на высокий уровень.
— Помнишь свои самые первые тренировки? Когда стало понятно, что это уже не просто кружок после школы?
— Вначале я совсем не горела желанием ходить на занятия. Меня приводила бабушка, и каждый раз перед входом в зал я плакала, уговаривала ее меня не вести, говорила, что не хочу туда заходить. Главная причина — растяжка. Нас очень сильно тянули, а я заранее знала: сейчас будет больно, потом еще больнее. И вот это ожидание боли, само предвкушение того, что будет тяжело, меня останавливало. Но со временем я привыкла, втянулась, перестала каждый раз плакать. Наступил момент, когда я впервые попала на отборочные соревнования к первенству России и Южного федерального округа — и тут стало ясно, что это уже не просто «пришла-потренировалась-ушла». Появилась цель, интерес, азарт.
— Какими остались в памяти первые крупные старты?
— Сначала был отбор по Ростовской области, по его итогам я поехала на первенство Южного федерального округа. Там выступала, например, Нонна Нянина в личной программе — уже тогда это была такая крепкая тройка сильных гимнасток, более взрослых, более опытных. Я прошла в финал, и одна девочка очень сильно ошиблась, а я выступила ровно и в итоге стала второй. Именно так впервые отобралась на первенство России. Там я воочию увидела Лалу Крамаренко, других ведущих гимнасток, всю сборную. Для меня это был шок и огромная мотивация: я вдруг очень ясно поняла, к чему можно стремиться и как выглядит настоящий большой спорт.
— Позже у тебя была яркая победа на первенстве России 2022 года. Как тогда воспринимала свои перспективы в карьере?
— Осенью 2021 года проходили соревнования «Надежды России». В юниорскую сборную планировали взять 12 человек. Я стала тринадцатой. Честно, это был удар. Мне было ужасно обидно: казалось, вот он шанс — и в последний момент я остаюсь за чертой. Я вернулась домой очень расстроенная, но спустя какое-то время нам пришло письмо: нас вызывают обратно на контрольную тренировку к Ирине Александровне Винер в «Лужники». Я выступила там все четыре вида достаточно стабильно. Потом нас построили, Ирина Александровна по очереди называла девушек, которые ей понравились — в итоге отобрали примерно шесть-десять человек. В конце 2021 года нас уже пригласили в Новогорск — так я попала в сборную.
На первенстве России мне удалось выиграть упражнение с лентой и взять бронзу в булавах. Это было очень неожиданно: только-только вошла в сборную — и сразу золото, которого раньше у меня вообще не было на таком уровне. Тогда казалось, что вот он, старт большой карьеры.
— Какие эмоции испытала, когда впервые зашла в Новогорск уже как полноправная сборница?
— Первое ощущение — растерянность и даже страх. Ты стоишь и думаешь: неужели я правда здесь, среди тех, на кого еще вчера смотрела только на видео? Неужели это теперь мое место работы, жизни, тренировок? Но одновременно было ощущение огромной радости и благодарности. Я понимала, что все годы, которые мы провели с моими первыми тренерами — Анжелой Геннадьевной Пискаревой и Александрой Сергеевной Ванжа, — были не зря. Мы вместе прошли путь от маленького зала без помоста до сборной. Сначала доминировал страх, но он довольно быстро ушел — его вытеснили удивление, счастье и желание доказать, что я достойна быть здесь.
— Что чувствуешь, когда занимаешься на соседних коврах с теми, кого вся страна знает по фамилиям — с Диной и Ариной Авериными, лидерами сборной?
— Для меня это было честью. Часто бывало так: наша тренировка уже закончилась, но если Дина или Арина продолжали заниматься, я специально оставалась в зале, садилась на трибуну или в угол и просто смотрела. Наблюдала за тем, как они работают, как разбирают элементы, как ведут себя между подходами. Это колоссальный опыт, который не получишь ни из каких видео. Я старалась впитывать каждую мелочь: как они входят в зал, как слушают тренера, как реагируют на ошибки. Очень благодарна всем, кто в тот период был рядом и помогал: этот труд не пропал даром, даже если сейчас я уже не выступаю.
— Принято ли в Новогорске, чтобы гимнастки помогали друг другу? Подскажут ли, поправят ли, если что-то не так? Могла ли ты сама подойти к старшим спортсменкам с вопросом?
— Конечно, у каждой свой график и свои задачи, но атмосфера в целом рабочая и поддерживающая. Если тренируешься с кем-то на одном ковре, то неизбежно начинаешь общаться: можешь попросить посмотреть связку, оценить бросок, подсказать по линии, по выражению. Иногда девочки сами замечали что-то и говорили: «Попробуй так-то», «Тебе пойдет такой акцент» или «Здесь можно добавить амплитуды». Я и к более опытным гимнасткам подходила, если сомневалась в каком-то элементе или хотела спросить, как они справляются с волнением. Конечно, все заняты, никто не будет вести тебя за руку, но атмосфера была не конкурентной до враждебности, а скорее профессиональной: каждый за себя, но при этом без злобы.
— Период отстранения от международных стартов пришелся как раз на твое становление. Как ты это переживала?
— Это было тяжело морально. Ты только что вошла в сборную, у тебя растут программы, ты начинаешь конкурировать, и вдруг понимаешь: мир для тебя закрыт. Да, есть внутренние старты, есть свои турниры, но каждый гимнастке хочется проверять себя на международной арене, видеть оценки зарубежных судей, сравнивать себя с ровесницами из других стран. Мы готовились так, будто завтра поедем на крупный турнир, а в реальности горизонт постоянно отодвигался. Приходилось искать мотивацию внутри: делать лучше вчерашнего себя, а не гнаться за какими-то конкретными стартами.
— Год назад ты одной из первых получила нейтральный статус. Казалось, дорога на международку открывается, но в итоге ты так и не выступила. Почему?
— Мой нейтральный статус действительно был получен одним из первых. Это было очень непросто — весь процесс, проверки, ожидание решения. Когда я узнала, что статус одобрен, поначалу испытала огромную радость: казалось, вот сейчас начнется новый этап. Но потом стала постепенно вырисовываться реальность: количество квот, список стартов, требования к участию, уровень конкуренции, необходимость постоянно доказывать, что ты нужен составу именно как нейтральный спортсмен.
Параллельно росла нагрузка на организм, начали обостряться старые травмы. Где-то усталость, где-то микроповреждения, которые тянулись годами, а в условиях постоянных тренировок это все сложилось в один большой ком. В какой-то момент стало ясно: чтобы реально претендовать на международные старты, нужно еще сильнее вкладываться в подготовку, почти не оставляя места ни для восстановления, ни для учебы, ни для психологической перезагрузки. На этом фоне я поймала себя на мысли, что постоянно живу в состоянии внутреннего напряжения и не получаю того удовольствия от гимнастики, которое было раньше.
— Что стало последней точкой в решении завершить карьеру?
— Не было одного конкретного эпизода — скорее, это цепочка. Постоянная борьба с болью, ощущение неопределенности, понимание, что время идет, а стартов, ради которых ты готова терпеть все это, по-прежнему нет или их слишком мало. Я много говорила с тренерами, с родителями, сама с собой. Брала паузы, чтобы понять, хочу ли я дальше жить в таком режиме. Когда честно ответила себе, что все больше держусь не ради себя, а будто «по инерции» и «потому что так надо», стало страшно. Но именно этот страх помог принять решение.
Я всегда считала, что в большом спорте важно уметь уйти вовремя, а не ждать, пока за тебя это решит травма или чей-то протокол. В какой-то момент я поняла: если сейчас не остановлюсь, могу потерять здоровье окончательно и одновременно потерять к гимнастике любовь. А я очень не хотела, чтобы мой вид спорта превратился для меня в источник только боли и обид.
— Как отреагировали тренеры и близкие, когда ты им сказала о своем решении?
— Родители, как ни странно, выдохнули. Они очень переживали за мое состояние, видели меня дома, когда я приходила поздно вечером после тяжелых тренировок, когда болели спина, ноги, когда я не могла нормально уснуть из-за переживаний. Да, им было жалко, что такой путь завершился, но в первую очередь они думали обо мне, о моем будущем, о здоровье. Тренеры отнеслись с пониманием, хотя, конечно, им было непросто это принять — столько сил, лет, эмоций вложено. Мы много разговаривали, обсуждали возможные варианты: пауза, переход в другой формат, но в итоге они поддержали мое решение.
— Как ты пережила первые месяцы «после спорта»?
— Это очень странное состояние. Вчера ты просыпалась в одно и то же время, весь день был расписан по минутам: тренировка, восстановление, питание, режим. А сегодня у тебя вдруг появляется пустое окно в жизни, и ты не до конца понимаешь, что с ним делать. Сначала организм по инерции просыпается рано, ты как будто собираешься в зал, а потом осознаешь: ехать некуда. В этот период важнее всего была поддержка семьи и умение не пытаться «забить» пустоту чем-то случайным. Я дала себе время выдохнуть, немного отдохнуть телом и головой.
— Чем ты сейчас занимаешься? Осталась ли гимнастика в твоей жизни?
— Полностью гимнастику я, конечно, не отпустила. Сейчас я больше сосредоточена на учебе и саморазвитии, интересуюсь смежными сферами — хореографией, спортивной психологией, методикой тренировочного процесса. Мне интересно разбирать уже не только «как сделать элемент», но и почему спортсмен в определенный момент реагирует так или иначе, как распределять нагрузку, как выстраивать долгосрочную подготовку.
Я пробую себя в роли тренера с маленькими девочками. Это совсем другой взгляд на гимнастику: с одной стороны, я хорошо помню, каково им на ковре, а с другой — понимаю, насколько важно не переломать характер ребенка, не отбить желание заниматься. Опыт большого спорта помогает, но так же важно учиться новому, а не просто «делать, как делали со мной».
— Что бы ты посоветовала юным гимнасткам и их родителям, которые только входят в мир профессионального спорта?
— Девочкам — слушать себя. Понимать, что боль и дискомфорт — часть спорта, но есть грань, за которой ты начинаешь разрушать свое здоровье. Не бояться говорить тренеру о своих ощущениях, не стыдиться просить помощи у психолога или специалиста по восстановлению. И самое главное — помнить, ради чего ты это делаешь. Если пропадает смысл, если каждый день ты идешь в зал только из страха или из-за чужих ожиданий, — это тревожный сигнал.
Родителям — не превращать достижения ребенка в собственный проект. Важно поддерживать, но не давить результатами. Гимнастка должна чувствовать, что дома ее любят не за медали, а просто за то, что она есть. Тогда у нее будет внутренний стержень и силы выдерживать нагрузки.
— Сожалеешь ли ты о том, что так и не вышла на международную арену, несмотря на полученный нейтральный статус?
— Сожаление — не то слово, которое мне хочется использовать. Конечно, есть легкая горечь: ты долго к чему-то шел, почти дотронулся до этой двери, а она так и не открылась. Но при этом я понимаю, что многое из того, о чем мечтала в детстве, я все-таки успела пережить: сборная, тренировки в Новогорске, победы на первенстве России, работа с сильнейшими тренерами страны. Эти впечатления у меня уже никто не заберет.
Я стараюсь относиться к своему пути как к опыту, который теперь можно передать другим — тем девочкам, которые только начинают. Возможно, кто-то из них, получив нейтральный статус, все-таки выйдет на тот самый международный ковер и вспомнит, как когда-то им что-то подсказала тренер Диана. Для меня это тоже будет победой — просто уже в другой роли.
— Если представить, что однажды условия изменятся, и тебе предложат вернуться, ты готова?
— Спорт научил меня никогда не говорить «никогда», но на данный момент я внутри себя прожила это решение и закрыла главу под названием «карьера гимнастки». Продолжать держаться за нее — значит снова входить в тот круг, из которого я с трудом вышла. Сейчас я хочу развиваться в других направлениях, связанных со спортом, но уже не как действующая спортсменка. Пусть ковер останется для меня местом, где я когда-то была счастлива, а не полем, на которое я все время мысленно пытаюсь вернуться.