«Мама — произведение искусства». Как растет дочь Ирины Слуцкой: танцы на льду вместо прыжков, домашнее мыловарение, мечты о кондитерской и вдохновение от Роналду
Варваре Слуцкой давно приходится жить с приставкой «дочь легендарной фигуристки». Фамилия привлекает внимание не меньше, чем ее собственное катание. «Ей мама все купила», «Мама не могла дочке хвостик завязать?» — такие комментарии Варя уже читает без раздражения и даже с легкой улыбкой. С годами она научилась не реагировать на хейт, заниматься своим делом и строить собственную историю в фигурном катании — в танцах на льду, куда ушла по очень простой причине: больше не хотела прыгать.
В откровенном разговоре она рассказывает о прошедшем сезоне, о том, как нашла себя в танцах, почему варит мыло дома, мечтает о кондитерской и чем ее вдохновляет Криштиану Роналду.
«Этот сезон был сильнее во всем — и в технике, и в эмоциях»
На вопрос о впечатлениях от прошедшего сезона Варвара отвечает без раздумий:
сезон ей «очень сильно понравился». Он вышел эмоциональным, местами — тяжелым, но в целом ощутимо круче предыдущего. Не только из‑за сложности элементов, но и из‑за того, что пришли уверенность, драйв и настоящее удовольствие от прокатов.
Первый сезон в танцах, по ее словам, дался тяжелее эмоционально. Тогда было сложно по‑настоящему проживать программу, ощущать ее от начала до конца, поймать тот самый эмоциональный поток, в котором катание перестает быть набором элементов и превращается в историю.
Магнитогорск — максимум кайфа, Саранск — самая жесткая проверка
Больше всего Варвара вспоминает этап в Магнитогорске. Там она впервые в полной мере почувствовала, что значит любящая и громкая публика. Трибуны подпевали музыке, кричали: «Круто! Супер!» — и это, по ее словам, буквально подбрасывало на льду, помогало кататься смелее, свободнее, увереннее.
Самым трудным стартом она называет первенство в Саранске. Атмосфера там была заметно более напряженной, а зрителей — немного. Варя признается, что любит, когда арена заполнена, когда есть живая энергетика и поддержка. В Саранске этого не хватало, и приходилось вытаскивать себя только изнутри, без подпитки с трибун.
Еще одним эмоционально сложным турниром стал старт в Челябинске. Это были заключительные соревнования сезона, все были вымотаны, но позволить себе расслабиться было нельзя. Внутренне она понимала: вот он, финальный аккорд, и надо показать максимум, на который они с партнером способны.
Полные трибуны не пугают — они дают силы
Для кого‑то лишние глаза на трибунах — причина нервничать. Для Варвары — источник энергии. Ей наоборот приятно выходить на лед при полных трибунах и чувствовать, что сейчас все внимание приковано к их дуэту, что люди сопереживают, следят за каждым элементом, ловят каждое движение.
Она описывает это ощущение как «незабываемое»: когда лед, музыка и крики болельщиков сливаются во что‑то единое, и ты понимаешь, что не просто катаешься, а делишься с ареной чем‑то важным.
«Я не хотела больше прыгать». Почему Варя ушла в танцы на льду
Решение перейти из одиночного катания в танцы Варвара приняла еще в 2019 году. До этого она занималась у Вазгена Азрояна, пришла к нему после Нового года и честно пыталась осваивать одиночную специализацию.
Прыжки давались не всегда: то нестабильность, то технические трудности. Зато ее по‑настоящему увлекали танец, работа над скольжением, пластика, музыкальность. В какой‑то момент она просто подошла к тренеру и попросила попробовать себя в танцах.
Сначала долгое время катилась одна — без партнера. Осваивала азы, училась чувствовать лед по‑другому, понимала, что от нее требуют в новом виде. Потом появился первый партнер, но дуэт продержался недолго — и в итоге стало понятно, что нужно двигаться дальше, тем более что тренер был заточен прежде всего под одиночников.
От Жук до Рублевой и Шефера: длинный путь к «своей» группе
После нескольких смен тренерских команд Варвара оказалась у Ирины Жук и встала в пару с Александром Талантовым. С ним она прошла путь от третьего спортивного разряда до первого — серьезная дистанция для юной спортсменки. Но и этот дуэт не выдержал испытаний: партнерство завершилось по личным причинам.
Ключевым этапом стал переход в группу Екатерины Рублевой и Ивана Шефера. Варя так и говорит: это ее самый любимый и комфортный тренерский штаб. Здесь она наконец почувствовала, что оказалась в «своей» среде — творческой, требовательной, но при этом очень поддерживающей.
Сейчас она катается с Глебом Гончаровым и признается: все складывается именно так, как она когда‑то тихо себе мечтала.
«Парное катание отпало само собой»
Вопрос о возможном переходе в спортивные пары для нее почти не стоял. Варя всегда больше тянулась к танцевальному направлению: к работе над образами, к взаимодействию с партнером именно как с танцевальным напарником, а не только акробатическим.
Парное катание со своими выбросами, подкрутками и более экстремальными рисками отошло на второй план само собой. В танцах она чувствует, что может максимально реализовать именно то, что ей нравится: артистизм, музыкальность, игру с настроением программы.
«Сначала я вообще не понимала, что делаю на тренировках»
В первые месяцы в танцах Варвара честно признается: она толком не понимала, что и как нужно делать. Пришлось начинать почти с нуля, с самого базового уровня.
Не было привычных одиночных акцентов — вместо этого появились новые задачи: правильное давление на лед, синхронность, базовые танцевальные шаги и позиции. Постепенно картинка начала складываться — и оказалось, что ее представления о танцах на льду были верными: это действительно тот вид, в котором ей по‑настоящему интересно.
«Вот бы меня поставили с Глебом». Как сложилась пара с Гончаровым
В группу Екатерины Рублевой Варя пришла зимой, уже без партнера. Около четырех месяцев она тренировалась одна: отрабатывала технику, учила обязательные танцы, держала себя в форме и параллельно искала напарника.
В это время Глеб Гончаров расстался со своей партнершей и разместил анкету. Варвара увидела ее и сказала маме:
«Представляешь, как было бы круто, если бы меня поставили с Глебом». Но сразу же внутренне усомнилась: желающих много, конкуренция высокая, шансов мало.
На одной из тренировок Екатерина Рублева вдруг объявила: «Варь, тебя будут пробовать с Глебом». В тот момент она испытала куда больше волнения, чем на любом старте: новый уровень, новая ответственность, новый человек рядом.
Просмотры длились довольно долго. Варе казалось, что их все‑таки не поставят: слишком много кандидаток, слишком серьезный отбор. Но однажды к ним подъехал Сергей Плишкин и просто сказал:
«Варя, ты будешь с ним кататься. Ребята, вот ваша музыка на произвольный танец, слушайте».
В этот момент она не сразу поверила услышанному. Но именно так и родился их дуэт.
«Понимание, что мы — одно целое, пришло не сразу»
Страха выступать с партнером у нее не было. Сложнее оказалось принять саму идею, что она больше не одна на льду. Теперь за каждое действие, за каждый прокат отвечает не только она сама, но и команда из двух человек.
Понимание, что они с Глебом — единый организм, приходило постепенно: через совместные тренировки, первые старты, ошибки и удачи. Со временем появилось то самое чувство, когда ты по движению партнера заранее знаешь, что он сделает, и подстраиваешься моментально.
«Притирки есть у всех — важно, как ты их проходишь»
Варвара не идеализирует дуэтную жизнь. Она признает: притирки есть у любой пары. Нужно научиться слышать друг друга, уважать границы, принимать чужой характер и при этом не терять собственное мнение.
Иногда бывают споры по поводу деталей программы, ритма тренировок, подхода к определенным элементам. Но, по словам Вари, их команда научилась переводить такие моменты в конструктив. Главное — помнить, что конечная цель у всех одна: сделать прокат лучше и расти как дуэт.
Жизнь с громкой фамилией: хейт, ожидания и собственный путь
Фамилия Слуцкая автоматически поднимает планку ожиданий. От Вари ждут «чуда» уже на юниорском уровне, постоянно сравнивают с мамой, ищут сходства и отличия.
Комментарии в духе «все решает мама», «без известной фамилии ничего бы не добилась» сопровождают её почти с первых соревнований. Со временем у нее выработалась своя стратегия: не тратить силы на спор с хейтерами, а вкладывать их в тренировки.
Она с юмором относится даже к мелким придиркам вроде того самого вопроса про хвостик. В ее окружении прекрасно знают, сколько ежедневной работы стоит за каждым ее выходом на лед, и этого для нее достаточно.
Домашнее мыловарение: хобби, которое успокаивает голову
Вне льда Варвара нашла для себя неожиданное занятие — варку мыла. Это не бизнес и не способ заработать, а скорее творческая отдушина.
Процесс, по ее словам, очень медитативный: ты выбираешь форму, запах, цвет, смешиваешь компоненты, ждешь результата. В мыловарении ей нравится то же, что и в фигурном катании: возможность создавать красоту из, казалось бы, простых вещей.
Готовые кусочки мыла она дарит близким, иногда делает небольшие наборы к праздникам. Это еще один способ проявить себя — но уже не через дорожку шагов, а через аромат и форму.
Мечта о кондитерстве: от десертов дома к возможной профессии
Еще одно большое увлечение Варвары — кулинария, особенно десерты. Она любит придумывать новые сочетания, пытаться «попасть» во вкус близких, делать не просто сладко, а красиво и продуманно.
Мечта о кондитерстве для нее не выглядит чем‑то несерьезным. Она вполне допускает, что в будущем, когда спортивная карьера подойдёт к логическому завершению, может связать жизнь с профессиональной кондитерской сферой — открыть свою мастерскую, придумать авторские десерты, учиться у шефов.
Пока же кухню приходится совмещать с режимом спортсменки: следить за рационом, не злоупотреблять дегустацией, а чаще радовать выпечкой родных. Но сама мысль о том, что у нее есть еще одно дело, в котором она может реализоваться, придает уверенности.
Криштиану Роналду как пример отношения к делу
Несмотря на то что ее мир — лед и танцы, Варя внимательно следит за другими видами спорта. Особенно ее вдохновляет Криштиану Роналду. Не столько как футбольная звезда, сколько как пример фанатичной дисциплины, самоотдачи и отношения к профессии.
В истории Роналду она видит подтверждение мысли, что талант — лишь отправная точка. Дальше все решает ежедневный труд и готовность преодолевать усталость, возраст, сомнения со стороны. Этот подход она старается перенести и в свою подготовку: выходить на тренировку не «по привычке», а осознанно, зная, ради чего все делается.
«Мама — шедевр». О роли Ирины Слуцкой в ее карьере
Когда речь заходит о маме, Варя говорит просто и очень тепло: «Мама моя — шедевр». Для нее Ирина Слуцкая — не только великая фигуристка, чьи программы до сих пор пересматривают, но и человек, который умеет оставаться мамой, а не только именем в истории спорта.
Ирина не навязывает дочери жестких советов на каждый шаг, не пытается прожить вторую карьеру через нее. Она скорее направляет, подсказывает, делится опытом там, где это действительно нужно — и дает возможность Варваре самой делать выбор.
Именно это сочетание поддержки и свободы помогает Варе чувствовать, что она идет своим путем, а не просто повторяет мамины шаги.
Баланс между фигурным, хобби и обычной жизнью
Танцы на льду, школа, хобби, семья — все это нужно успеть вместить в один день. Варя признается, что иногда физически очень тяжело: ранние подъемы, две тренировки, учеба, восстановление.
Но наличие любимых дел вне катка — того же мыловарения, кондитерских экспериментов, просмотра футбола — помогает ей не выгорать. Она учится переключаться: на льду выкладываться по максимуму, а дома позволять себе немного замедлиться и заняться тем, что приносит спокойствие.
В этом балансе — ответ на вопрос, как ей удается оставаться мотивированной и не терять интерес к спорту. Фигурное катание — важнейшая часть ее жизни, но не единственная.
***
Так растет и формируется Варвара Слуцкая — наследница великого имени, но уже давно самостоятельная спортсменка. Она меняет прыжки на танцы, тренировки — на варку мыла и выпечку десертов в редкие свободные часы, вдохновляется примером Роналду и с уважением смотрит на шедевр, который зовет мамой. И при этом шаг за шагом строит свою собственную, не чью‑то, карьеру на льду.