Новый руководитель мирового биатлона может стать ключевой фигурой в вопросе возможного возвращения России на международную арену. Осенью 2026 года в структуре Международного союза биатлонистов (IBU) произойдут серьезные перемены, и именно тогда станет понятнее, насколько изменится подход к российской теме.
С 17 по 20 сентября 2026 года в немецком Берхтесгадене пройдет конгресс IBU. Главный пункт повестки - выборы нового президента организации. Действующий глава союза, швед Олле Далин, завершит свои полномочия, которые он исполняет с 2018 года. На смену ему, по всей логике событий, придет новый лидер - и, судя по текущему раскладу, имя этого человека уже фактически известно.
Неожиданной интриги в предвыборной кампании не случилось. Кандидатура нашлась по сути одна, поэтому у делегатов конгресса не будет реального выбора из нескольких претендентов. Единственным выдвинутым кандидатом на пост президента IBU стал словенец Тим Фарчник. Если не произойдет ничего экстраординарного, именно он возглавит мировую федерацию биатлона на новый цикл.
Сейчас Фарчник уже входит в высший управленческий орган IBU - он член исполкома, куда был избран в 2022 году. Но его карьера в спортивном менеджменте началась задолго до этого. Один из ключевых эпизодов - работа генеральным секретарем оргкомитета чемпионата мира по биатлону 2021 года в Поклюке. Для него это была не просто разовая должность, а логичное продолжение многолетней карьеры в сфере организации крупных спортивных и маркетинговых проектов.
Опыт Фарчника далеко не ограничивается только биатлоном. Он занимался проведением чемпионата мира 2011 года и чемпионата Европы 2023 года по академической гребле, курировал организацию этапов Кубка мира по биатлону, был вовлечен в подготовку Европейского юношеского олимпийского фестиваля, а также работал над отдельными этапами престижной веломногодневки "Джиро д'Италия". Это портфолио формирует образ не кабинетного функционера, а практика, который хорошо понимает, как устроен спорт высших достижений "изнутри" - от логистики до коммерции.
До того как заявить о своих амбициях в борьбе за президентский пост IBU, Фарчник много лет работал в национальной команде Словении. С 2015 года он занимал там управленческие роли, однако, согласно правилам и негласным этическим нормам, был вынужден покинуть структуру сборной, чтобы иметь возможность баллотироваться в руководство международной федерации. Этот шаг показывает, что его кампания нацелена на долгосрочную работу именно в международном контуре, а не на лоббирование интересов только своей страны.
Помимо должностей в спорте, словенец известен как предприниматель. Он является основателем и генеральным директором компании SI EVENTS Ltd - ивент-агентства, специализирующегося на разработке маркетинговых и коммуникационных концепций для клиентов в Центральной и Юго-Восточной Европе. Для IBU это важный сигнал: новая фигура у руля умеет работать с брендами, спонсорами и телевизионным продуктом. В условиях растущей конкуренции между зимними видами спорта такой бэкграунд может стать преимуществом - и для увеличения доходов, и для более современной подачи биатлона зрителям.
Не случайно в биатлонной среде уже обсуждают, что приход Фарчника потенциально способен привести к росту числа спонсоров, обновлению формата трансляций и улучшению коммерческих показателей Кубка мира и чемпионатов мира. Для федерации, которая во многом живет за счет телеправ и партнерских контрактов, такая трансформация особенно актуальна. Любое усиление финансовой базы повышает и политический вес руководства, а значит, расширяет пространство для самостоятельных решений, в том числе по сложным вопросам - например, по допуску или недопуску целых стран.
В российском биатлоне к возможному президенту IBU относятся не как к загадочной фигуре, а как к человеку, с которым уже есть личная история общения. Глава Союза биатлонистов России Виктор Майгуров вспоминал, что они познакомились достаточно давно и работали бок о бок в рамках выборов в исполком IBU еще в 2018 году. Тогда оба баллотировались на период до 2022 года и оба проиграли буквально по одному голосу. Это уже сближает их биографии: у обоих был опыт не самой удачной кампании, который затем перерос в более устойчивое положение в биатлонной политике.
По словам Майгурова, Фарчник заметно моложе его - примерно на десять лет, но при этом уже зарекомендовал себя как грамотный менеджер и эффективный управленец. Российский функционер характеризует его как человека, открытого новым проектам и идеям, готового к диалогу и сотрудничеству. Майгуров уверен, что после выборов они так или иначе встретятся и смогут обсудить будущее биатлона. И, как он отмечает, независимо от того, в каком статусе будут находиться стороны, он не ожидает, что Фарчник займет позицию жесткого игнора или будет демонстративно отстраняться от общения.
На этом фоне неизбежно возникает главный вопрос: может ли личное знакомство и достаточно позитивное отношение нового главы IBU к российским коллегам хоть как-то повлиять на судьбу российской команды, которая с 2022 года отстранена от международных стартов? Сейчас спортсмены из России не допускаются ни к этапам Кубка мира, ни к чемпионатам мира под флагом своей страны, а решения принимаются на основании совокупности политических и спортивных факторов.
Важно понимать, что даже президент федерации не обладает абсолютной властью. Статус России в биатлоне зависит не только от воли одного человека, но и от позиции исполкома, конгресса IBU, а также от более широкого международного контекста, включая решения и рекомендации со стороны олимпийского движения. Новый руководитель, тем не менее, может задать иной тон дискуссии: инициировать пересмотр критериев допуска, предложить новые форматы нейтрального статуса, поставить вопрос голосования в более прагматичной плоскости - спортивной и юридической, а не исключительно политической.
Еще один важный момент - репутационный риск для самого IBU. Любой шаг в сторону смягчения текущих ограничений будет рассматриваться не только внутри биатлонного сообщества, но и в широком медиапространстве. Новый президент должен будет балансировать между желанием сохранить единство членов федерации, обязательствами перед партнерами и спонсорами и стремлением не превращать биатлон в поле бесконечных политических конфликтов. Для человека с сильным маркетинговым и менеджерским опытом такой баланс теоретически достижим, но потребует осторожности и времени.
С точки зрения российских болельщиков и спортсменов, ожидания от Фарчника будут неизбежно завышенными. Любой сигнал о готовности к конструктивному диалогу наверняка будет воспринят как шаг к возвращению. Однако, трезво оценивая ситуацию, стоит признать: быстрых решений в этом вопросе не будет. Даже если новый глава IBU окажется настроен более гибко, чем его предшественник, он вряд ли станет принимать резкие односторонние решения, которые могут расколоть федерацию или вызвать протест со стороны других национальных союзов.
Уместно помнить и о том, что отстранение российских биатлонистов - лишь часть общей картины ограничений, которые коснулись различных зимних и летних видов спорта. Поэтому для Фарчника вопрос России будет не только о биатлоне, но и о том, в каком направлении вообще движется международный спорт: к постепенному восстановлению прежней системы соревнований или к закреплению нового, более политизированного статус-кво. От ответа на этот вызов во многом будет зависеть и историческая оценка его президентства.
С другой стороны, для самого мирового биатлона наличие сильной российской команды всегда означало дополнительный интерес зрителей, хорошую телевизионную аудиторию и повышенную конкуренцию на трассе. С коммерческой и спортивной точек зрения федерации выгодно, чтобы в обойме было как можно больше сильных сборных. Поэтому при изменении политической обстановки и появлении формальных возможностей для реинтеграции России именно президент IBU может стать тем, кто аккуратно запустит этот процесс - сначала через дискуссии в исполкоме, затем через решения конгресса.
Отдельный вопрос - как сам Фарчник будет выстраивать отношения с национальными федерациями, которые занимают жесткую позицию в отношении допуска российских спортсменов. От его дипломатических способностей, умения убеждать и искать компромиссы будет зависеть, удастся ли вообще вывести этот разговор из состояния тупика. Его прошлый опыт в крупных международных проектах говорит о том, что он умеет договариваться с самыми разными партнерами - от чиновников до бизнес-структур. Если эти навыки будут применены и к политически сложным спорам, у биатлона появится шанс двигаться не только по линии конфронтации, но и по линии поиска решений.
Пока же можно констатировать одно: нынешнее положение, в котором российский биатлон оказался на обочине международной жизни, вряд ли может стать еще хуже. Запас негатива уже реализован, и дальше ситуация либо останется такой же, либо начнет постепенно меняться. Выборы в Берхтесгадене станут лишь отправной точкой нового цикла управления IBU. Ответ на вопрос, откроет ли этот цикл дорогу к возвращению россиян, будет формироваться не в один день - но именно с приходом Тима Фарчника у мирового биатлона появляется новый политический центр, от решений и настроения которого будет зависеть очень многое.