Легенду советского футбола едва не отправили к мусорным бакам на окраине кладбища
Легендарный защитник «Торпедо» и бывший игрок сборной СССР Виктор Шустиков, скончавшийся 23 октября 2025 года на 87‑м году жизни, мог быть похоронен в максимально унизительных условиях — у мусорных контейнеров на задворках Востряковского кладбища. Об этой истории рассказал внук футболиста, бывший капитан автозаводцев Сергей Шустиков.
По его словам, оформление захоронения превратилось в многочасовой и нервный марафон, хотя по статусу и заслугам перед отечественным спортом его дед имел право на достойное место.
Сергей вспоминает, что «Торпедо» взяло на себя все расходы по похоронам: клуб полностью оплатил организацию прощания, за что семья выражает отдельную благодарность. Однако вопрос с местом на кладбище не решался так просто.
Отдельной темой стал выбор участка — почему могила Виктора Михайловича не появилась рядом с местом захоронения его сына, отца Сергея. Причин несколько. Главное — юридические ограничения: чтобы подзахоронить человека в уже существующую могилу, должно пройти не менее 15 лет с момента предыдущего погребения. В случае с отцом этот срок еще не истек, поэтому вариантов похоронить деда рядом не было.
При этом, как подчеркивает внук, статус Виктора Шустикова позволял рассчитывать на персональное, отдельное место: он заслуженный мастер спорта, кавалер орденов «За заслуги перед Отечеством». Но на практике все оказалось куда сложнее — за каждое дополнительное «движение вопроса» приходилось буквально бороться.
Сергей признается, что за несколько дней до погребения оказался на пределе:
он три дня почти не спал и не ел, пытаясь добиться не просто свободного места, а действительно достойного участка для человека, который всю жизнь отдал одному клубу и отечественному футболу.
В поиске решения он привлекал разных людей из футбольной среды. В коридоре редакции он увидел фотографию Евгения Алдонина и вспомнил, что тот работает помощником у функционера Алаева. Сергей решил позвонить бывшему полузащитнику, не зная, что тот серьезно болен. Алдонин ответил, что проходит лечение в Германии; Сергей признается, что поначалу даже не понял масштаб его проблемы, подумал, что речь идет о восстановлении после травмы.
На прямой вопрос — помог ли Алдонин с решением ситуации — Сергей отвечает, что итог стал результатом накопительного эффекта. Обращения поступали с разных сторон, в том числе он написал Леониду Слуцкому в Китай, а тот, в свою очередь, связался с Александром Дюковым. В результате настойчивых усилий удалось добиться адекватного участка под захоронение.
Причем первоначальный вариант, который предлагали семье, шокировал всех: место находилось буквально у мусорных баков, да еще и на самой окраине Востряковского кладбища. Для человека, ставшего символом целой эпохи в «Торпедо» и оставившего след в истории советского футбола, такой вариант выглядел как откровенное неуважение.
В конце концов был найден участок, который устроил и родственников, и особенно вдову Виктора Михайловича. Теперь, по словам Сергея, бабушка спокойна: рядом — могила сына, на этом же участке, а со временем и она будет упокоена вместе с мужем.
При этом сам факт, что за право на достойное место пришлось столько бороться, не может не вызывать вопросов. Внук признается: если бы не статус деда, его спортивные регалии и помощь футбольного клуба, история могла закончиться куда печальнее.
Отдельно в разговоре затронули тему стоимости мест на кладбищах. Собеседник вспоминает, какое впечатление произвели суммы, которые кому‑то из знакомых пришлось заплатить за участок для захоронения известного спортивного журналиста на далеком кладбище. На этом фоне особенно контрастно выглядит ситуация с Виктором Шустиковым: благодаря официальным наградам и званию заслуженного мастера спорта место для него предоставили бесплатно.
Биография Виктора Шустикова — классический пример преданности одному клубу. Всю свою игровую карьеру он провел в «Торпедо», был капитаном команды, стал с ней двукратным чемпионом СССР (1960, 1965) и трехкратным обладателем Кубка страны (1960, 1968, 1972). В чемпионатах СССР за автозаводцев он провел 427 матчей — это клубный рекорд, который до сих пор служит ориентиром для последующих поколений игроков.
На международной арене Шустиков тоже оставил заметный след: в составе сборной СССР он участвовал в чемпионате Европы 1964 года, где команда дошла до финала и завоевала серебряные медали. Для футболиста того времени это был высший уровень признания — без громких контрактов и гонораров, но с колоссальной ответственностью перед страной.
История с похоронами Виктора Шустикова вскрывает более широкую проблему — отношение к ветеранам спорта после завершения их карьеры и, особенно, после смерти. При жизни их вспоминают в юбилейных сюжетах, приглашают на матчи и торжественные мероприятия, но в момент, когда семье требуется поддержка, все упирается в бюрократию и формальности.
Случай с Шустиковым показывает, насколько важна активная позиция клубов по отношению к своим легендам. «Торпедо» не только взяло на себя расходы, но и фактически выступило гарантом того, что футболист получит место, соответствующее его статусу. Без такого участия, по словам Сергея, добиться результата было бы гораздо сложнее.
Не менее остро звучит и вопрос о цене участков на кладбищах для рядовых граждан. Если родственникам известного чемпиона, ветерана сборной и орденоносца приходится обивать пороги, чтобы избежать захоронения у мусорных контейнеров, легко представить, с чем сталкиваются семьи людей без регалий и связей. Эта история поднимает этический вопрос: должно ли право на человеческое, уважительное место для последнего приюта зависеть от званий, наград и знакомых в высоких кабинетах.
Для футбольного сообщества смерть Виктора Шустикова и последующие события — повод задуматься о системном подходе к памяти о легендах. Одно дело — минуту помолчать перед матчем, другое — обеспечить порядок с документами, поддержать родственников, помочь с организацией похорон, увековечить имя игрока мемориальной доской, турнир ом его имени или другим конкретным делом.
Сергей Шустиков, рассказывая о мытарствах с выбором места, фактически проговаривает то, о чем редко говорят вслух: даже выдающиеся спортсмены, чьи достижения десятилетиями вспоминают комментаторы, после смерти могут столкнуться с унизительными предложениями. И только настойчивость семьи и реальная помощь со стороны футбольных структур способны изменить ситуацию.
В будущем подобные истории могли бы стать отправной точкой для создания более прозрачных и понятных правил выделения мест для людей, имеющих государственные награды и высокие спортивные звания. Тогда родственникам не пришлось бы тратить последние силы на борьбу с системой в самый тяжелый момент, а память о тех, кто прославлял страну на стадионах, была бы защищена не только словами, но и делом.
История Виктора Шустикова — это не только рассказ о великом защитнике «Торпедо», рекордсмене и серебряном призере чемпионата Европы. Это еще и показатель того, как страна обращается со своими героями, когда гаснут прожекторы стадионов и смолкает последний свисток. И то, что в итоге ему удалось обеспечить достойное место рядом с семьей, — заслуга не системы, а конкретных людей, которые не позволили легенду закопать у мусорки на окраине кладбища.